Галереи фотографий

Петропавловский собор внутри фото

По вашему запросу «петропавловский собор внутри фото» нашлись изображения:

Петропавловский Собор Внутри Фото

С петропавловским собором, который можно считать нулевой отметкой на оси координат города святого петра, не работает расхожее правило «большое видится на расстояньи».

На расстояньи, над стенами крепости на короткая дублёнка женская фото заячьем острове, видится почти исключительно шпиль колокольни с ангелом-флюгером. Чтобы понять, какое у петропавловского собора, собственно, лицо, надо в крепость войти, посмотреть — и удивиться. По мере приближения шпиль, до сих пор остающийся высотной доминантой исторического центра петербурга, не то чтобы принижается, но и не поражает высотой. Колокольня и золотое завершие купола выглядывают из-за крепостных стен и в некоторых ракурсах напоминают мачты корабля. Вблизи же становится очевиден очередной парадокс петра великого: по виду главный собор столицы российской империи — определенно «нерусское», а по интерьеру — даже светское сооружение. И силуэт собора, и его план — длинный зал с пристроенной к нему колокольней — ни на что, ранее известное в отечественной церковной архитектуре, не похожи. Доменико трезини соединил в своем проекте юг и север: по объему храм напоминает протестантские храмы, а внутри отделан по итальянским канонам. Огромный зал разделен на три нефа с большими окнами, абсолютно несвойственными русским церквям, украшен живописью (не только на религиозные сюжеты, но и просто декоративной) и совершенно дворцовыми люстрами. Кирпичные стены и своды расписаны розовой и светло-зеленой краской под мрамор. Самый лучший ракурс внутри, вызывающий инстинктивное желание достать камеру — если смотреть вверх на купол со световыми окнами: над золотыми апостолами толкутся золотые ангелы, и небо умозрительное, нарисованное, соединяется с потоками истинного света.

Иконостас, созданный мастером иваном зарудным, добавляет к иностранному новаторству если не русский, то очень славянский элемент, поскольку это «украинское барокко». Иконостас пышный, барочный, великолепный, при этом несколько наивный, отчего рождается ощущение хорошей старины и чистосердечия. Богородица и христос на больших иконах наряжены в отечественные царские одежды, множество небесных сил создают золотую толчею крыл, а лучи исходящего от всех божественных существ сияния вполне материальные — вырезаны из дерева и позолочены. Перед иконостасом — кафедра с витой лесенкой (стоит рассмотреть небольшие картинки, которыми она украшена) и царское место, обитое бархатом. Дети обычно спрашивают: где же трон? Ни трона, ни кресла никогда не было, царь просто стоял там, под короной с орлом. На стенах собора укреплено множество знамен — трофеи русской армии (сегодня подлинные заменены на копии). Когда-то собор наполняли знаки побед империи: эти знамена, фото для фото экрана компьютера ключи от городов, захваченное оружие, щиты. Самым ярким из трофеев был адмиральский турецкий флаг — екатерина ii собственноручно возложила его на надгробие петра после чесменского сражения. Саркофаг петра выделяется из нескольких десятков почти одинаковых, если не считать надписей, надгробий из белого каррарского мрамора только памятными медалями на «крышке».

Император сам выбрал себе место у южной стены, но к моменту его смерти собор не был готов, и останки петра довольно долго ждали своего часа в импровизированной часовне посреди собора. Петр не был первым в новом некрополе: список погребенных здесь романовых открыла его маленькая дочь екатерина. Позже под колокольней похоронили и умершего в крепости царевича алексея петровича. Таким образом, длинная траурная процессия российской императорской семьи начинается и должна завершаться могилами царевичей с одним и тем же роковым именем, одинаково страшной судьбы. Кстати, вплоть до 1990-х могила петра i была единственной, разрешенной к почитанию — царю-новатору, почти революционеру, можно было положить цветы, а все его потомки лежали как музейные экспонаты для огромного потока туристов. Самой большой загадкой остается то, что могилы вообще остались целыми, в отличие от, например, усыпальницы романовских предков в новоспасском московском монастыре, хотя их официально вскрывали в начале 1920-х в поисках ценностей. Ценности нашли и изъяли (два грузовых автомобиля, значится в отчете), при этом пережили несколько неприятных минут: если верить позднейшим свидетельствам, перед советской комиссией, которая долго возилась с могилой первого императора, вдруг предстал огромный, хорошо сохранившийся и приподнявшийся над гробом петр алексеевич. Лик его был грозен и ужасен, как и положено. Романовские саркофаги равномерно заполняют все пространство собора — осталось места как раз только для публики, туристов или прихожан.

Цари лежат по порядку, хотя этот порядок мало отражает их живую жизнь.

Достаточно вспомнить, что павел петрович перенес сюда прах своего злополучного отца петра iii, насильно воссоединив его с екатериной ii во время ее погребения. Мраморные саркофаги — это не могилы. Гробы захоранивали под полом собора на глубине 2,5 метров и перекрывали плитой, над ним ставили надгробие. Эти надгробия приобрели нынешний единообразный вид во второй половине xix века. Два саркофага выделяются особой монументальностью и пышностью: убитый террористами царь-освободитель александр ii и императрица мария александровна лежат под надгробиями из алтайской яшмы и уральского орлеца. Выделяется и последнее по времени захоронение: на белом саркофаге марии федоровны, пережившей всю семью и погребенной рядом с мужем сто лет спустя после его смерти, почему-то стоит ее портрет. Да, красивая была царица. Самое печальное место усыпальницы — екатерининский придел, особая комната справа от западного входа. В самом начале истории некрополя, за три года до царевича алексея, там была похоронена великая княгиня марфа матвеевна, вдова брата петра. Через неполных триста лет к марфе присоединились многострадальные кости семьи и слуг николая ii картинки прикольные все хорошо — или гражданина романова, как он стал именоваться после отречения. Можно сказать, что романовы в своем начале уже прописали свой конец, можно вспомнить сыноубийства, отцеубийства, крепостных рабов и кровавое воскресенье.

Все это не оправдает зверства, случившегося в 1918 году в подвале екатеринбургского дома ипатьева и ставшего проклятьем русской истории последнего века: вместе с бывшим императором и его женой со средневековым хладнокровием были убиты их дети — четыре девушки и тринадцатилетний больной мальчик. «мама» и «папа», называл царя и царицу странный персонаж григорий распутин — при взгляде на памятные таблички с именами вспоминается именно это. Семья и слуги, причем «слуги» в старинном рыцарском значении, все останки помещены в одну могилу, под одно надгробие. На двух табличках вместо слов о перезахоронении — пустые прямоугольники. Это таблички цесаревича алексея и великой княжны марии, чьи останки нашли позже, отдельно от остальных. Почему они до сих пор не присоединились к семье? Этот вопрос задают буквально все туристы своим экскурсоводам. Вариантов ответа много, но ни одного, с которым можно согласиться, нет. Нынешние потомки романовых ждут и пишут прошения об окончательном захоронении. Рпц «не признает подлинности». Мы же скажем одно: возможно, с захоронением последнего цесаревича и его сестры наконец закроется одна из самых черных страниц русской истории.